v_kolmanovsky: (Default)
[personal profile] v_kolmanovsky



444 

Последний довоенный  День Рождения мне отмечали первого апреля 1941 года.  Вряд ли можно утверждать , что полки магазинов в то время ломились от товаров. Люди искали шпроты, а им предлагали консервированых камчатских крабов под фирменным названием CHATKA! Вместо вожделенной твердокопченной колбасы, на полках лежала осетрина и севрюга горячего копчения, так называемая «паровая рыба», на мой взгляд, чрезвычайно вкусная и в то время ещё  невероятно дешевая, а вместо популярного, но недостижимого тогда лакомства, зеленого горошка, витрины украшали пирамиды, составленные из баночек каких-то малопонятных каперсов...

 

Впрочем, на праздновании моего Дня Рождения этот дефицит никак не сказывался: у нас и взрослые застолья проходили за чашкой чая, гостей угощали домашними тортами, пирожными , фруктами...  Это называлось «сладкий стол». То же самое я видел у всех наших друзей и знакомых, бывая у них в гостях с папой и мамой. У нас традиция приема гостей с вином или чем-нибудь покрепче и соответствующими закусками возникла, пожалуй, после войны. А уж о детских праздниках и говорить нечего... 

Накрыть сладкий стол было много проще: мука, масло, сахар и яйца были и в магазинах и, в крайнем, случае, их можно было купить, - и, при этом, дешевле, - на базаре. Мама обычно пекла четыре-пять разных видов пирогов и печений. Как правило, старались, чтобы они отличались и вкусом и внешним видом. Один из пирогов бывал искусно украшен кремом, другой покрыт гладкой и аппетитной шоколадной глазурью. Были пироги открытые, в которых за редкими переплетами из золотистого теста были уложены сооблазнительные абрикосы и вишни. Пироги круглые, квадратные, трехярусные, рулеты с орехами или маком, засыпанный хрустящими крошками слоеного теста и сахарной пудрой наполеон...

Мама пекла вкусно, украшала пироги эффектно, и гости, расхваливая её кулинарные таланты, не слишком кривили душой. По её собственному утверждению, которое живет в доме у меня и у моего брата, а теперь перешло и в семьи моих детей, если ты хочешь, чтобы пища была вкусной и понравилась гостям, в неё надо обязательно положить кусочек собственного сердца.Сама она делала это непременно, приправляя свою стряпню ещё и щедрой выдумкой и сознательными или вынужденными вариациями известных рецептов. 

Но вернемся к моему Дню Рождения. Я не стану утверждать, что помню, какие именно пироги стояли у меня на столе в день моего восьмилетия. Этот день запомнился мне вовсе не вкусной едой. Это был мой первый школьный год. До войны, впрочем, как и сейчас, девочки и мальчики учились вместе. Случилось так, что у меня во всём классе нашелся только один приятель, которого мне захотелось пригласить в этот день: уж очень отличались мои интересы от интересов моих одноклассников. Ещё год назад, в день моего семилетия, мне подарили том Шекспира с «Гамлетом», «Макбетом» и «Королем Лиром», Лермонтовского «Героя нашего времени» и прекрасно изданную книгу Чврльза Дарвина «Путешествие натуралиста вокруг света на корабле «Бигль».

Нужно ли говорить, что, когда первого сентября я пошел в первый класс, эти книги были давно прочитаны. Герой нашего времени был, в общем, найден скучноватым , а история, связанная с княжной Мери, признана непонятной. То ли дело «Тамань» или «Фаталист». Из трех трагедий Шекспира, худшей я тогда считал «Короля Лира»; в «Гамлете» и «Макбете» действовали милые моему сердцу в том возрасте сверхъестественные существа. Тень отца Гамлета и Макбетовские ведьмы поражали моё воображение. А книга Дарвина, попавшая мне в руки в этом возрасте, вызвала эффект импринтинга и сделала меня на всю жизнь убежденным сторонником эволюционной теории. А мои одноклассники в то время только начинали читать по складам трогательную историю о том, как ма-ма мы-ла ра-му.

Но один, по крайней мере, нашелся и жил он прямо напротив меня и, конечно же, в этот вечер, как и во многие другие, был моим гостем. Остальные гости были у меня не впервые, среди них мои родичи-ровесники и дети маминых и папиных приятелей. Со многими из них я до школы был в одной «группе» - так тогда называли небольшие детские сады, где получали дошкольную выучку дети работающих родителей. 

Раньше я видел этих приятелей каждый день и передать им приглашение не составляло никакого труда. Теперь мы оказались в разных школах, и я, например, заканчивал первый класс, а двое из моих бывших однокашников готовились к переходу в третий. Передать приглашение кузенам и кузинам ничего не стоило: мы жили так близко друг к другу и виделись так часто, что специального приглашения и не требовалось: это само собой разумелось. Понятно, что папа и мама, регулярно встречаясь со своими друзьями-приятелями, могли сказать им, когда следует приводить детей ко мне в гости. Но было одно исключение.

У моей мамы была подружка-сослуживица. Она работала художником-приклаником, но относилось к своей работе не как к ремеслу, а считала (и имела на то все основания) настоящим искусством.  У неё была дочь Эллочка, младше меня на четыре месяца. Нас с Эллочкой связывала нежная детская дружба. С трех лет мы ходили в одну группу и, значит, проводили весь день вместе, а вечером нередко или мама со мною отправлялась в гости к Нине Михайловне или Нина Михайловна с Эллочкой приходила к нам. Но когда надо было идти в школу, я поступил в самую обычную, а Эллочка, которая, в отличие от меня, охотно занималась музыкой, была зачислена в музыкальную школу-десятилетку при бакинской Консерватории.

А тут ещё мама ушла с работы. Видеться мы с Элочкой стали много реже, а передать ей приглашение оказалось и вовсе проблемой. Мне было сказано, что речь идет о моем празднике, стало быть, и действовать должен именно я. - Вот тебе номер телефона,- сказала мне мама. – Ты уже большой. Пойди к теткам (речь шла о папиных сестрах, живших за углом от нас), позвони и пригласи Эллочку с Ниной Михайловной. 

Это был некий экзамен на «взрослость», и я отправился его сдавть. Первая часть прошла без сучка и задоринки. Я бойко набрал  нужный номер, услышал «Алло!» и, узнав голос Анны Юльевны, почтеной Эллочкиной бабушки, вежливо поздоровался и, не тратя ни минуты, перешел к делу.

- Анна Юльевна, я хочу пригласить Эллочку к себе в гости первого апреля в семь часов вечера, - выдал я на одном дыхании

- Спасибо, очень приятно, - вежливо произнес надтреснутый голос. – А кто же это говорит?

- Я, - произнес я, несколько удивленный вопросом: неужели это не очевидно?..

- А кто это «я»? – спросила спокойно моя собеседница.

- Ну, я, - настойчиво повторил я, тыча пальцем себя в грудь, - Я! Первого апреля, в семь часов...

- И куда же ты её приглашаешь?

- К нам! – недоуменно сказал я уже с раздражением, возмущенный подобной непонятливостью.

Наш дальнейший недолгий, правда, разговор свелся к вопросам с её стороны и моим столь же вразумительным ответам "я" и "к нам" с убедительной жестикуляцией. На каком-то витке Анна Юльевна просто повесила трубку. 

Эллочка, разумеется, в этот вечер не пришла, несколько снизив моё праздничное настроение, а её милая бабушка потом рассказывала, как в канун первого апреля какой-то глупыш пытался её разыграть. Этот случай надолго привил мне идиосинкразию к телефону, от которой я кое-как избавился лет тридцать спустя.

С вашего разрешения, я продолжу свою болтовню через неделю. Сегодня я давно исчерпал все лимиты.

 

 

 

Profile

v_kolmanovsky: (Default)
v_kolmanovsky

June 2014

S M T W T F S
12 34567
8910 11121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 02:44 pm
Powered by Dreamwidth Studios